Татьяна Черноцкая (справа) с уполномоченной по работе с соотечественниками при губернаторе Псковской области Еленой Полонской. Фото: из личного архива
Только в прошлом году в нашу страну по программе добровольного переселения прибыли 26 700 соотечественников. Еще 2800 человек воспользовались для переезда президентским указом о поддержке иностранцев, которые разделяют наши ценности. Возвращаются и россияне, оседавшие за границей.
Мы узнали, как прошел первый год в России у тех, кто начал здесь новую жизнь.
ПЕРЕЕЗД С ШЕСТЬЮ КОТАМИ
К переезду семья Татьяны Черноцкой готовилась два года — и наконец прибыла в Псковскую область. С шестью котами и собакой.
«Мой прадед был вынужден бежать в Латвию как бывший царский офицер. Мы с мужем жили в Латвии с рождения, любили ее. Даже сыновей назвали Имант и Ивар. Но отношение к русским стало невыносимым», — говорит Татьяна.
Последней каплей стал запрет на язык в местных школах: «Зачем заставлять ребенка даже природоведение проходить по-латышски?!»
Всего детей у Черноцких пятеро, старшие давно покинули Латвию и осели в странах ЕС. Муж Татьяны, Сергей — водитель, она — домохозяйка. Псковские власти помогли семейству войти в программу переселения соотечественников, так им открылась дорога к гражданству.
В Карамышевской волости Черноцкие присмотрели по сходной цене старенький дом. Начали было ремонт, успели укрепить фундамент, но 50-летний Сергей решил отложить все домашние дела и пойти в армию по контракту.
«Там сейчас водители ох как нужны, — объясняет Татьяна. — А Иманта призвали на срочную службу. Мы им гордимся — его взяли в ВДВ, служит в Калининграде.
Сейчас со мной живут невестка, внучка и младший сынок, ему девять лет. Денег хватает, присылает муж. Дом вот только летний, пока нам трудно в холода».
Женщины ждут, когда вернутся их мужчины. На будущее есть план: открыть в райцентре автосервис. Черноцкие в автомобилях разбираются классно.
А Татьяна мечтает устроить детский развлекательный центр с персонажами из русских сказок. В которых добро всегда — ну, почти — побеждает зло.
ИЗ БАНКА В ДЕРЕВНЮ
Игорь Кочан родился в Ленинграде, уехал в США в начале двухтысячных: «Я окончил вуз, стал программистом, захотелось посмотреть мир». Оформился айтишником в компанию, которая делала рождественские украшения, дослужился до вице-президента. А потом нашел отличное место в солидном Bank of America.
Игорь Кочан живет в церковном доме в подмосковном селе Первомайское.
Фото: Личный архив героя публикации.
Но этого заводному Кочану было мало, и он стал развивать движение «Русская молодежь Америки». Вместе ходили в храмы, собирались на чаепития, выходили с «Бессмертным полком» на 9 мая.
А после начала СВО случилось вот что: «Мы договорились с мэрией Нью-Йорка, что возложим о цветы к мемориалу героев Второй мировой. И все — мне сказали, что это замаскированная пропутинская акция, и мне грозит 15 лет тюрьмы».
ФБР обвинило Игоря в агитации «за Россию» без статуса иноагента. Пришлось летом 2024-го срочно возвращаться из Штатов на Родину.
От российского гражданства Кочан не отказывался, но все документы надо было восстанавливать. Ни работы, ни жилья… Помог ему настоятель храма Святого Духа в подмосковном селе Первомайское: «Отец Евгений раньше бывал в Америке, служил в православных приходах. Мы познакомились в Свято-Николаевском соборе в Нью-Йорке. Батюшка получил приход в России, узнал о моих проблемах и пригласил жить в домике при церкви».
Игорь неотличим от односельчан: отрастил бороду, может и дров наколоть, и крышу залатать. Дом украсил так, что любо-дорого — кухню, к примеру, отделал панелями из дерева, которые сам напилил и модно «состарил».
Кочан быстро разобрался в наших цифровых сервисах, получил ИНН, СНИЛС, новый паспорт. Обновил и права. А еще оформился бизнес-аналитиком на удаленку в фирму, которая производит косметику и фарму.
Накупил техники, везде у него мониторы и роутеры. Игорь уверяет, что в цифровизации — по крайней мере, бытовой — Россия обогнала Америку. Как и по уровню сервиса, и по доступной медицине: «В Штатах я подвернул ногу, и меня в больницу три квартала везла „скорая“. Выложил за это 800 долларов. А тут мне сделали операцию на колене бесплатно!»
Из США к Игорю недавно приезжал сын. Не просто повидаться — осмотреться.
«ВАШ СУПРУГ ПОГИБ В БОЮ»
С бабушкой Джоан, мамой Джессикой и маленькой Рейвен я увиделся на ВДНХ. Девочку привели туда посмотреть на аквариумы.
«Мы с мужем и дочкой прилетели из ЮАР в Москву год назад, — Джессика Джонс общается по-английски, русский выучить не успела. — Уоррен… Он был военным, несколько лет назад его уволили, как многих белых офицеров».
Семья Джонс.
Фото: Дмитрий БАБИЧ.
«Я в этом чернокожих граждан не могу винить, — добавляет Джоан. — Я работала в фуд-банке, там собирают и выдают еду бедным. Почти все они чернокожие. Так было раньше, так и сейчас осталось. Строй поменялся, а их жизнь только хуже сделалась».
В прошлом мае Уоррен Уильям Джонс пошел по контракту сражаться добровольцем за Россию. «Он считал, что в трагедии Украины виноваты те же, кто разрушил Ливию, Сирию, кто у нас поощрял радикалов. Поэтому муж решил, что должен воевать против них», — вспоминает Джессика его аргументы.
Уоррен
Фото: Личный архив героя публикации.
Перед тем, как отправиться на фронт, Уоррен на время поселил жену с малышкой в хостеле в центре Москвы. А в декабре ей сообщили: «Ваш супруг погиб в бою. Тело доставлено в Ростов, приезжайте».
Джессика отворачивается, чтобы я не увидел слезы, и гладит по голове увлеченную рыбками Рейвен. В четыре года ребенку трудно понять, что папа ушел навсегда.
Джоан, узнав о гибели сына, сразу же приехала из ЮАР. С тех пор она не расстается с невесткой и внучкой.
«Мы даже представить себе не могли, что, узнав о нашей беде, к нам на помощь придет столько людей, — произносит Джессика. — Одна семья, которая прибыла сюда из Америки, предложила нам отдельную комнату в квартире. Другие нас всячески поддерживают».
Джессика, Рейвен и Джоан Джонс в московском метро.
Фото: Дмитрий БАБИЧ.
Их друзьями и благотворителями стали в основном переселенцы с Запада. Но имена мои собеседницы предпочитают не называть. Ведь у многих за границей осталась не проданная пока собственность, с которой власти могут создать большие проблемы — если узнают, что владельцы помогают семье участника СВО.
Как Джонсы думают жить дальше?
Джессика была медсестрой — ассистенткой флеболога. Она хочет работать по специальности, для этого упорно учить русский. Джоан собирается обратно в Южную Африку, чтобы продать общий дом в Капской провинции. Потом планирует вернуться к своим девочкам и тоже искать работу.
По указу президента России, подписанному летом прошлого года, близкие погибших на СВО иностранцев могут получить гражданство в упрощенном порядке.
— Так вы точно решили остаться?
— Нас сюда привел Уоррен. Он хотел, чтобы все мы жили в России. Куда же нам еще?
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Прощай, немытый Еврорай: Прожив 20 лет в Португалии и Чехии, семья русинов сбежала в Россию
Добавить комментарий